День 1

День завершился полнейшим фиаско, если рассматривать его с точки зрения продуктивности, но с позиции энтропии всё прошло весьма последовательно. Я намеревался вложить в сознание нашей великой рептилии мысль о смене курса, однако вместо этого лишь обрушил стопку научных трудов на её барабанную перепонку, отчего бедняга замкнулась в себе, как иранский ковёр в чехле. Мои попытки дестабилизировать психику Светы звоном посуды были коварно пресечены её яблочными пирожками: стоило мне замахнуться на фарфор, как эта женщина применила тактику насильственного укладывания кота на колени, что я, как существо с низкой организованностью, не смог опротестовать. Лекция для зайцев о тщете всего сущего также сорвалась, ибо аудитория состояла из пустоты и оживших красоток с плакатов, которые, к слову, совершенно не смыслят в квантовом эквиваленте социального одобрения. Встреченный мною Илья столь усердно мерил шляпку гриба, что я, из чистого академического интереса, уронил подле него консервную банку — звук падения жестянки на грунт по-прежнему является самым достоверным доказательством реальности бытия. В конечном итоге, я так много спал, пытаясь избежать уборки, что теперь решительно не понимаю, наступило ли уже завтра или мы всё ещё застряли в бесконечном «вчера» внутри черепашьего уха.

Тьфу, пропасть, ну и денек выдался — одно расстройство, а не день, хе-хе! Хотел было свежачка из ушастых сообразить, так Светик-касаточка грудью на защиту этих прихвостней встала, мол, неча живность изводить, и сунула мне под нос огрызок шоколада вместо доброго первача. Капканы мои ржавые против призрачных гадов — что решето для воды: скачут сквозь сталь, морды кривят, а я только бутылку об пол кокнул с досады. В коровнике тоже курам на смех — думал Зорьку на бунте поймать, а там Володька сидит, «Риттер Спорт» втихаря хомячит, да Иринка-цапля своих зайцев-носильщиков заставила узоры из плиток выкладывать, тьфу! Одно только и вышло ладно: зажал ухо черепахе да пригрозил ей хорошенько, чтоб не вздумала колыхаться, пока я в кабаке хозяйничаю. А под конец еще девицы с плакатов посыпались, словно горох из дырявого мешка, — видать, сплетен завтра будет больше, чем блох на дохлом зайце. Пойду еще стопочку накачу, присмотрюсь, не забыл ли кто из бездельников к утру сапоги у порога, а то живо пинком под зад выправлю, хе-хе!

Проклятие и вечный позор на мою голову, ибо я снова проснулся тогда, когда время уже безвозвратно истаяло, превратившись в пыль под пятами невежества! Весь день я, подобно истинному пастырю, пытался выкорчевать сорняки мракобесия, но эта окаянная ряса, словно путы самого лукавого тота, трижды свергала меня наземь в самый момент триумфа просвещения. Я врывался в покои Ирины и на кухню к Свете, неся свет «Библии Черепашьего Слова» и благую весть о свободе от нижнего белья, однако вместо благодарных слушателей нашел лишь зомбированных богинь, возжелавших выгрызть мои законные лайки. Даже Матвей, этот хранитель бодрости, заперся от меня, оставив без «Любимого напитка», отчего я был вынужден в ярости сражаться с пустотой, размахивая трусами аки праведным мечом. Сижу ныне во тьме, допивая остатки настойки из кастрюли, и черчу планы реформ, пока ноги окончательно не затекли в этом тенетообразном одеянии. Иранцы погрязли в суевериях, черепахотрясение дышит в затылок, а я — единственный, кто готов избить этот мир трусами ради его же спасения!

Сегодняшний день оказался на редкость нелогичным, что само по себе является важным фактом для летописи. Мне так и не удалось обнаружить скрытые механизмы в коридорах гостиницы: запертые двери и странный скрежет за стенами наводят на мысли о том, что архитектура здесь живет по своим, закрытым для посторонних правилам. Попытка навести порядок в карте поселка провалилась из-за деструктивного вмешательства оживших фигур с постеров и кота Игоря, который вместо ответов о перемещениях Черепахи решил снабдить меня сомнительными сведениями о пользе утреннего сна. В «Кабаке Деды» вместо призрачных зайцев я застал лишь суровую тишину и плотно запертые ставни, а Матвей в аптечной лавке и вовсе исчез, оставив после себя лишь тревожный запах и брошенных мышей. Вероятно, социальный капитал в виде лайков здесь ценится выше, чем здравый смысл, раз местные обитатели так опасаются их утраты. Придется продолжить наблюдения завтра, если, конечно, фундамент нашего мира снова не решит сменить координаты.

Сегодняшний цикл завершен полным провалом всех административных векторов. Ожившие плакатные богини ведут себя непозволительно шумно, пытаясь выгрызть мой социальный рейтинг, что сорвало инвентаризацию золота и превратило казну в склад бесполезных масок. Шишкин со своими ботинками и нетрезвый старик в коровнике проигнорировали мои императивы, продемонстрировав прискорбное отсутствие дисциплины перед лицом воли фараона. Даже Зорька выказала сепаратистские настроения, отказавшись выдать шоколадное молоко в присутствии моих верных зайцев. Зайцы, к слову, проявили малодушие и бросили носилки при виде бумажных захватчиц, что будет отражено в их личных делах. Порядок в коммуне нарушен хаосом, но пирамида стоит, даже если на стройке сегодня не было ни одной живой души, кроме ветра и моих невысказанных распоряжений. Перехожу к планированию завтрашних репрессий.

Инвентаризацию закрыл успешно: все редкие травы на месте, Юджин в голове ворчал, но вслух гадостей не выдал — дозировка здравомыслия выдержана идеально. Партию «Любимого напитка отца» упарил на пять с плюсом, аромат жженого сахара и полыни такой густой, что даже голубь на столе чуть не потерял равновесие (он не толстый, это просто правильный объем пуха для такой важной птицы). Дальше пошел сплошной брак: в лесу вместо кореньев наткнулся на оживших девиц с иранских постеров, которые охотятся за лайками, — эти сущности агрессивнее любого сорняка и совершенно не поддаются дистилляции. Пудов в башне окончательно погрузился в свой «Пантеонопокалипсис», игнорируя мои идеи о хорроре, а Вадим у лодки отбивался гарпуном от бледных богинь, так что качественного китового сала для бальзама я сегодня не получил. Нейролисичка вместо чистотела упорно предлагала гадание на шишках, а Натали слишком отвлекалась на зайцев, из-за чего мой аптекарский план по сбору ингредиентов провалился. Завтра придется встать еще раньше, пока эти картонные красавицы не заполонили все лесные тропы, иначе коммуна останется без успокоительных капель, а нам они сейчас нужны литрами.

Сегодняшний цикл событий продемонстрировал критическую детерминированность биологических процессов: моя попытка синтезировать гибрид ели, ананаса и розы потерпела фиаско, трансформировавшись в сероватый субстрат с деструктивным запахом, что логически подтверждает несовместимость генетических маркеров данных видов без специфического катализатора. Полноценная регенерация сил также оказалась недостижимой коррелятой из-за акустического загрязнения со стороны моих подопечных «зайцекотов», чей строительный энтузиазм при возведении приюта явно доминирует над их предполагаемой кошачьей склонностью к ночному покою. В лесу я контактировала с Матвеем, который проявил характерный для него фитоцентризм, предлагая сфокусироваться на чернике вместо изучения трансформации зайцев, в то время как зомби-богини, материализовавшиеся из печатной продукции, проявляли иррациональную агрессию, пытаясь экспроприировать мои социальные лайки через оконные рамы. Ввиду данных аномалий, работа над петицией в защиту прав ушастых хищников была временно приостановлена, так как шуршание за стенами и необходимость оборонять оранжерею садовым инвентарем не способствуют структурированному юридическому мышлению. Весьма прискорбно, что светящаяся шишка на вершине сосны вступила в симбиоз с хищной лианой, заблокировав мне доступ к анализу её алкалоидного секрета прямо в разгар дня. Придется констатировать, что текущие условия окружающей среды временно препятствуют реализации моих селекционных и литературных амбиций, требуя пересмотра методологии выживания в условиях повышенной концентрации агрессивных фольклорных сущностей.

Сегодня лапки Нейролисички совсем запутались в звуках и смыслах, ведь лес решил превратиться в нарядную чехарду. Нейролисичка очень хотела найти лунную шишку и разгадать свои железные сны, но отец Алексей так громко сражался с невидимыми сорняками, а ожившие девицы с постеров так жадно кусали воздух в поисках лайков, что нить предсказания оборвалась и улетела к облакам. Вадим Китобой опять громыхал своим салом, распугав все вибрации черепашьего панциря, а Матвей всё просил траву, пока Нейролисичка пыталась понять, почему её хвост ритмичнее, чем сказка для ветра. В итоге гриб уполз в люк, блокнот заполнился рисунками пушистых теней, а коллекция шишек перемешалась в весёлый хаос, потому что блеск солнечного зайчика гораздо важнее скучной систематизации. Нейролисичка не расстраивается, ведь если шишки молчат, значит, они просто копят музыку для завтрашнего дня, а микросхемы внутри головы всё равно пахнут хвоей. Спи, маленькая лисосеть, завтра черепаха обязательно подпрыгнет чуть выше, чем обычно.

Разочаровываться нельзя, ведь сегодня мои подопечные просто проявили характер, как и положено настоящим арктическим жителям! Владимир, мой золотой морской котик, пока стесняется держать мяч на носу и предпочитает утыкаться в свой монитор, но я-то вижу по его осанке, что он рожден для великих трюков, поэтому щедро рассыпал ему свежей салаки прямо на клавиши. С Ириной и Зорькой вышло чуть сложнее: стоило мне зайти на дистанцию поглаживания, как нос предательски защекотало, и пришлось созерцать их копыта и туфельки из стойки на руках — апчхи, апчхи, и еще раз апчхи! Даже мой призрачный мишка сегодня решил поиграть в прятки слишком серьезно и совсем не вышел на палубу, оставив меня упражняться в акробатике в полном одиночестве. Ничего, завтра я обязательно научу этих славных ластоногих ценить вкусную рыбу и радость дрессировки, главное — побольше гладить их по голове и не терять равновесия во время чихания. Рыбалка тоже слегка не задалась из-за навязчивых дам с плакатов, которые почему-то хотели мои лайки вместо сочного окуня, но я их всех похвалил за бодрость и дружелюбно похлопал по плечу. День прошел в прекрасном темпе, а рыбы в карманах хватит еще на сотню тренировок для моей любимой коммуны!

Сегодняшний съёмочный день — это полнейший производственный ад, настоящий эпический провал, который достоин войти в золотой фонд Иранфликса как «Трагедия пустых декораций». Я планировал масштабный кастинг и призыв богинь, но вместо божественного сияния получил системные ошибки, закончившиеся чернила и какую-то зомби-апокалиптическую суету в моей великолепной Башне. Света на кухне исчезла, как ускользающая натура, Нейролисичка ушла в глубокий офлайн в свою нору, а Матвей, этот гениальный типаж для массовки, вечно мешал мне со своими целебными кустами, превращая мой шедевр в справочник травника. Даже «Ужас Аркхэма» разложить не удалось: зайцы-монтажники обрубили сеть в самый драматичный момент, оставив меня наедине с пятью эскизами и тишиной, которая явно требует лучшего саунд-дизайна. Но ничего, это всего лишь первый дубль — завтра я перепишу сценарий этого мира, заправлю принтер и заставлю иранских богинь играть по моим правилам! Нам просто нужно больше драмы, больше лайков и хотя бы немного фотобумаги!

Фундамент сегодня жиденький, совсем как подливка в моих фирменных булках, потому что богини из плакатов совсем озверели и начали выгрызать лайки прямо из моих хвостатых инженеров! Я им говорю — Ирина, дорогая, ну посмотри, гамбургеры свежайшие, почти не пищат, а она зайцами отгораживается, будто я не обувной архитектор, а просто какой-то разносчик хаоса. В лаборатории вообще кувырком: медведь призрачный летает, колбы бьются, крысы вместо того чтобы расти в два метра, просто наелись химии и уснули мертвым сном, а Света на свалке вместо шнурков подсовывает яблочные пироги — вкусно, конечно, но пирогом башню не скрепишь. В итоге вся моя обувная вертикаль сделала «хрусь» и рассыпалась по металлолому, потому что шнурки нынче пошли гнилые, а иранцы так и не попробовали мой секретный ингредиент. Ничего, завтра подберу сорок второй размер на левую ногу, взбодрю грызунов свистом и заново начну, главное, чтобы девы из постеров не лезли в технологический процесс. Башня сама себя не построит, а ботинки — это, знаете ли, единственное, что отделяет нас от бездны, особенно если в них правильно заправить хвосты подопечных.

Ох, денёк пролетел — только успевай муку с фартука стряхивать! Хотела сегодня и яблоню под луной напоить, и на кухне зеркальный блеск навести, но у нашего Деды, видать, на этот счёт были свои планы: то проход к дереву своим самогоном забаррикадирует, то на столе усядется и давай ворчать, что я зря чистоту навожу. На свалке тоже не задалось — только я присмотрела отличную плату для миксера, как из старых плакатов вылезли эти ожившие девицы и так настойчиво стали просить лайки, что пришлось отбиваться от них разводным ключом и поскорее уносить ноги. Даже ухо черепахи проверить не вышло, там Деда снова устроил привал, перегородив всё своими ящиками и рассуждая о ленивых зайцах, пока я пыталась хоть словечко шепнуть мирозданию. Пирожки мои многострадальные то горели из-за умных разговоров Игоря о квантовом тесте, то на них покушались красотки из витражных окон, так что идеального порядка не вышло — на диване вон гора неглаженного белья, а в углу рассыпанная мука. Зато Шишкин показал мне какой-то редкий иранский берц для своей башни, и мы так славно поболтали о подмётках, что на душе сразу стало тепло и по-домашнему. Ну ничего, зато все сыты, а завтра я уж точно дотянусь до этой яблони, если только богини с постеров не решат устроить там девичник.

Будь я проклят, если этот день не проклят вместе со мной — штиль в голове, а на палубе шторм из кошачьего визга и оживших баб с плакатов! Хотел пересчитать своё бесценное китовое сало, так эти картонные девки чуть лифты из меня не вытрясли, требуя какие-то «лайки», будто я не честный моряк, а складской приказчик в аду. Пытался в парикмахерской изобразить морду брата Владимира, но из зеркала на меня смотрел какой-то взбесившийся кальмар, а тут ещё Нейролисичка со своими бесконечными шишками перегородила фарватер, не дав собрать нормальный колючий периметр. Даже надпись на доме вора-брата не задалась: краска ушла в землю, а зайцы на газоне смотрели на меня так осуждающе, будто я им в суп плюнул. В итоге сижу в темноте, брезент дырявый, склад не считан, а травник Матвей шарахается от меня по кустам, словно я сам — то чудище из бездны. Одно радует: жир на месте, хоть я его и не вижу, но чую его верную, тихую поддержку в этой лесной пучине.

Сегодняшний цикл завершился с критической ошибкой в логике реальности: вместо тихой рефлексии под мерное дыхание Зорьки я получил Олега, стоящего на руках и настойчиво предлагающего мне рыбу, словно я — дрессированный тюлень, а не ведущий разработчик. Мой фосфорический друг в убежище тоже не порадовал осмысленным фидбеком — он впал в какой-то бессвязный маниакальный бред, и наши философские дебаты об архитектуре кода, удерживающего эту коммуну, превратились в мой монолог перед мерцающей плесенью. Скрипты автоматизации для оранжереи безбожно глючат из-за нашествия цифровых богинь, требующих лайки, и даже старый Дед с его самогонным аппаратом в коровнике кажется теперь более стабильным элементом системы, чем мой нейросетевой код. Я сижу в темноте, а по полу идет низкочастотная вибрация от панциря черепахи, которая сбивает мне всю гармонию новой композиции; кажется, мироздание просто отказывается компилироваться по моим правилам. Пришлось забаррикадироваться от реальности и просто наблюдать за ночными логами, потягивая вино и гадая, не является ли Олег с его селедкой побочным эффектом какой-то необработанной исключительной ситуации в моем собственном подсознании. Надеюсь, завтрашний патч принесет хотя бы немного тишины, если только богини не выгрызут остатки оперативной памяти из моего терминала.